Корейцы молча слушали охранника, который говорил нарочито громко. Он нервничал, чувствуя приближение опасности.

Корейцы были спокойны. Словно и не верили в то, что сейчас их повезут в дежурку, где с ними поработают орлы из Службы безопасности. А потом… Потом отправят на Пионерский. Там как раз вчера рыли яму.

– Отбегались, косоглазые мои. Сейчас вызовем вам провожатых. Поедете к дежурному. Он вам раскардаш сделает: отделит мясо от костей. Отбивные любите? Или только собак драных жрете?

Не спуская глаз с корейцев, он поднес к скуле рацию.

Пак вздрогнул, и в тот же момент глаз охранника зафиксировал маленькое темное пятнышко в полуметре от себя. Сразу вслед за этим охранник почувствовал проникающий удар в шею.

Захрипев, будто хотел выплюнуть из горла внезапно возникшую там рыбью кость с бритвенными краями, охранник выронил пистолет, рацию и судорожно прижал ладони к шее. Но из-под них уже обильно пузырилась горячая пена.

Пак и Ким молча подбежали к охраннику, который, вытянувшись, бил ногами по земле. Пак не решился извлечь из горла агонизирующего свою «звезду». Он лишь поднял с земли рацию и пистолет, потом неожиданно легко потащил грузное тело к куче ржавого железа. Ким пошел назад, к сараю. Надо было упредить действия второго охранника.

– Их там нет, – сказал он, вернувшись. – Надо спрятать слиток. Русский просил положить его в красную бочку?

Пак кивнул и посмотрел на часы.

– Охрана пьет чай уже пять минут, – сказал он и быстро пошел к баракам.

Ким, сунув небольшой сверток в бочку, побежал следом.

За несколько минут они преодолели более километра и, прижимаясь к стенам соседних зданий, подобрались ко входу в Третье общежитие.

Никого из «пятнистых» на улице не было. Рядом находился домик охраны. В окнах горел свет, и были хорошо видны люди в камуфляжной форме, сидящие вокруг стола, на котором были расставлены бутылки водки, кружки и тарелки с едой. Наверняка вся охрана общежитий в этот предрассветный час находилась там.